История пчеловодческого анекдота

В 1523 г. епископ города Комо в Италии Иовий Новокомский от переводчика русского посольства в Риме Дмитрия Герасимова получил сведения о Русском государстве. Они легли в основу опубликованного в 1525 г. сочинения епископа «О посольстве Василия Великого князя Московского к папе Клименту VII», в котором излагаются сведения о нашей стране в те далекие времена. В этой работе на 40-й странице подлинника мы читаем: «...Веселый и остроумный посол Дмитрий рассказал нам для смеха, как крестьянин, опустившись в дупло огромного дерева, увяз в меду по самое горло.

В 1523 г. епископ города Комо в Италии Иовий Новокомский от переводчика русского посольства в Риме Дмитрия Герасимова получил сведения о Русском государстве. Они легли в основу опубликованного в 1525 г. сочинения епископа «О посольстве Василия Великого князя Московского к папе Клименту VII», в котором излагаются сведения о нашей стране в те далекие времена. В этой работе на 40-й странице подлинника мы читаем: «...Веселый и остроумный посол Дмитрий рассказал нам для смеха, как крестьянин, опустившись в дупло огромного дерева, увяз в меду по самое горло.

 

Тщетно ожидая помощи в уединенном лесу, он в продолжение двух дней питался медом и, наконец, удивительным образом выведен был из сего отчаянного положения медведем, который, подобно людям, будучи лаком до меду, спустился задними ногами в то же дупло Поселянин схватил его руками сзади и закричал так громко, что испуганный медведь поспешно выскочил из дупла и вытащил его вместе с собою...»

В последующем в ранней работе широкоизвестного отечественного историка В. О Ключевского «Сказания иностранцев о Московском государстве», опубликованной в 1866 г., в отрывке, где дается характеристика состояния пчеловодства страны в XV—XVIII веках, автор пишет: «Русский посол рассказывал Иовию, как один крестьянин, опустившись в дупло огромного дерева... и выведен был из этого затруднительного положения медведем, который опустился задними ногами в то же дупло: поселянин схватил его руками за хвост...» (цит по изд. В О Ключевского, 1991, с. 141).

Этот отрывок из работы В. О Ключевского, с ссылками на страницу 31, был многократно повторен с той или иной полнотой в последующем многими авторами как достоверный факт, указывающий на изобилие меда на Руси в те далекие времена. Причем здесь не принималось во внимание, что видный историк не цитирует работу Иовия, а излагает этот эпизод от себя, стараясь как можно ближе придерживаться текста подлинника.

Опущенные В. О. Ключевским при изложении сообщения Иовия слова «веселый и остроумный посол Дмитрий рассказал нам для смеха...» указывают, что рассказывающий и слушающий воспринимали представленное событие как шутку и не относились к ней серьезно. Вместе с тем в текст этого отрывка переводчик, вероятно не придавая этому значения, вложил слова: «...поселянин схватил его руками за хвост...» — сеющие сомнение в подлинности события, делающие его еще более фантастичным

 

У медведей слишком мал хвост, его нужно было найти в темноте, и вряд ли бы зверь не почувствовал этого; не говоря о том, что невозможно удержать покрытыми медом руками короткий хвост медведя Кроме того, животное, прежде чем опускаться, тщательно обследует, обнюхивает дерево, и трудно полагать, что оно не почувствовало бы запаха человека, следы которого остались на краях дупла и исходили из самой полости.

Представленный в работе Иовия короткий, вымышленный, юмористический рассказ о забавном случае с неожиданной концовкой, то есть анекдот или байка, как указывает В. Даль, имел, очевидно, широкое распространение на Руси в XV веке и позже. Об этом говорит описание данного события в двух итальянских источниках первой четверти XVI века, а также сюжет сказки русских цыган «Неожиданная находка», оригинал которой был опубликован в книге В. Н. Добровольского «Киселевские цыгане» (СПБ 1908, с. 20—21). Попавшего в лес цыгана лесник заставляет залезть на дуб, в дупло которого упала убитая куница. Цыган опускается в дупло, находит куницу, но не может выбраться из полости дерева. «Решил лесник, что медведь меня задрал. Дожидаться не стал и ушел.

 

Стал я щупать под ногой — а там мед!

 

Сижу я так день, сижу другой, на третий слышу — скребется кто-то. Вижу: медведь ко мне в дупло голову просунул. Что делать?! Схватил я его за уши, а он испугался, пятиться стал. Так меня, парня молодого, из дупла и вытащил...» (см «Сказки цыган России». М., 1991, с. 183). Цыгане появились на территории России в XV веке и с этого момента могли ознакомиться с анекдотом или его вариантами. Быстрое восприятие ими культуры окружающих народов, в том числе и фольклора, фантастичность события безусловно  сказались на преобразовании этой байки в сказку с характерным для цыган внесением в нее элементов правдоподобия (куницы и медведи разыскивают гнезда пчел, медведь обследует дупло).

Считается, что анекдот как своеобразный жанр городского фольклора возник в Византии и впервые представлен в памфлете Про-копия Кесарийского «Тайная история» (около 550 г.), направленного против императора Юстиниана и его жены Феодоры. Наибольшего развития этот жанр (фаблио, фацеции) получил в западно-европейской литературе в эпоху Возрождения (XV—XVI вв.), а в России появился лишь во второй половине XVIII века, хотя известен переведенный с польского языка в 1680 г. сборник «Смехотворные повести», Авторские сказки. Носов Николай

 

Однако изложенный в сочинении Павла Иовия Новокомского «О посольстве Василия Великого князя Московского к папе Клименту VII» забавный рассказ показывает, что среди русского населения, и, вероятно, не только городского, уже на рубеже XV— XVI веков в форме устного народного творчества существовал анекдот. Тематика этого анекдота связана с пчеловодством, с обычным, хорошо известным в то время народу Руси промыслом меда. Знаменательно также и время появления отечественного анекдота, совпадающее с расцветом этого жанра на Западе.

О. Ф. ГРОБОВ 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *