Пчеловод Москвы

По пути в село Затворное, недалеко от железнодорожной станции Кремлево, я нагнал парня моих лет. Притормозил. В дороге разговорились. Оказалось что он едет в Писарево. Нам было по пути.

По пути в село Затворное, недалеко от железнодорожной станции Кремлево, я нагнал парня моих лет. Притормозил. В дороге разговорились. Оказалось что он едет в Писарево. Нам было по пути.

Писарево невелико. Здесь Друг про друга знают все. И родственники моего попутчика, и соседи посоветовали встретиться с пчеловодом Николаем Тихоновичем Семеньковьм Заодно рассказали о его жизни. Родом он из Писарева, никуда отсюда не уезжал, вырастил восьмерых детей, теперь на пенсии, но продолжает трудиться. И еще об одном не забыли обмолвиться: выглядит Семеньков молодо.

Но конфуз все же вышел.

Подходя к дому пчеловода, я увидел двоих: высокого, крепкого старика и коренастого мужчину лет сорока пяти. Поздоровавшись, обратился к старшему.

—    Николай Тихонович?

—    Да нет,— Тихоныч рядом, а я его дядя.

Ошибка заставила смутиться.

—    Ничего, не вы первый удивляетесь тому, что я выгляжу моложе своих лет. Всю жизнь на природе прожил, пил молоко, ел мед, ну и трудился, конечно,— улыбнувшись, сказал Семеньков.

Мы присели на бревно у дома. Зашел разговор о деревеньке, о ее прошлом. И Семеньков, и его дядя, восьмидесятилетний Василий Иванович Лелякин, вспомнили о том, как в тридцатые годы в Писареве образовался колхоз «Красный переворот»

—    Я в ту пору, молодой еще, на пасеке трудился. Ведь и пчелы у нас в колхозе были,— басил Василий Иванович.

—    А я к тебе тогда на пасеку бегал, помогал. Ты ж за помощь медом угощал, а иногда и хворостиной. Помнишь, когда я без спросу хотел гречишным медком побаловаться. Так пчелы меня искусали, да и ты еще хворостиной отходил,— дополнил Николай Тихонович.

Дядя и племянник лукаво заулыбались: приятно вспомнить проделки молодости.

—    Это, наверное, после того случая ты и завел своих пчел,— сказал Василий Иванович.

А через год, когда дядя уехал в Москву, пришлось семнадцатилетнему Семенькову принимать колхозную пасеку. Принять-то принял, да не всему, видно, у дяди научился, пришлось до многого самому доходить. Случалось, н за ворота некогда было

—Одна деваха наша, писаревская, про меня даже частушку сочинила,— Николай Тихонович наморщил лоб, наконец вспомнил:

Ах, медовые страданья: Соты, пчелы и ульи. Вы для Кольки заслонили Косы русые мои.

—    Пропела она это, кругом все смеются, а мне хоть сквозь землю проваливайся. Это потом, когда она мне женой стала, научился отпор давать.

Во время войны Писарево было оккупировано. И хотя фашисты были здесь недолго, пасеку все же разорили. Но часть ульев Николай Тихонович ухитрился от них спрятать.

После войны писаревский колхоз был присоединен сначала к новоалександровскому, а затем и к затворнинскому колхозу. Пасеку в нем ликвидировали...
Интересная закономерность прослеживается в жизни многих хозяйств: стоит колхозу или совхозу начать специализироваться на производстве одного или двух видов сельхозпродукции, как напрочь забываются все другие отрасли, для которых местные условия на редкость благоприятны. Бесспорно, специализация — это наиболее рациональный способ хозяйствования на земле, но при этом нельзя забывать и о традиционных «малых» отраслях.

В Рязанской области было создано несколько крупных предприятий по пчеловодству Однако цифры, которые назвала нам Н, С. Васильева, начальник областной конторы пчеловодства, заставляют задуматься. В 1965 г. 405 хозяйств области имели свои пасеки, сейчас же только 145. В Скопинском районе, где расположено Писарево, двадцать лет назад 25 колхозов и совхозов разводили пчел, ныне пасеки сохранились лишь в десяти: это тем более непонятно, потому что хозяйства сеют много гречихи, кормовых трав и других энтомофильных культур, которые остро нуждаются в опылении пчелами.

Одной из причин сокращения числа пасек Н. С. Васильева назвала нежелание руководителей хозяйств заниматься пчелами. Примеров тому можно найти сколько угодно, хотя бы в том же Скопинском районе. Некогда добротное пчелиное хозяйство имелось в колхозе «Гигант». Теперь его там нет. Даже в таком крепком колхозе, как «Советская волна», пасека сейчас в самом захудалом состоянии, и председатель А. С. Гришин не раз высказывал желание совсем избавиться от нее, мотивируя это тем, что в заботах о хлебе, молоке и овощах ему недосуг думать еще и о меде.

И все же есть в Скопинском районе руководители, которые думают по-иному, хотя в их хозяйствах по тем или иным причинам пока нет пасек. С одним из них я знаком давно. Михаил Михайлович Рыгин — председатель колхоза «Память Ленина», в который, кстати, входит и Писарево очень много делает для того, чтобы в Затворном оставалась молодежь.

 

В колхозе строится немало жилья, культурно-бытовые объекты, разработаны эффективные меры материального поощрения. Решил он организовать и пасеку. Для начала заручился согласием уже известного нам Николая Тихоновича Семенькова который про пчел не забывал, разводил их в домашнем хозяйстве, но последние шесть лет трудился на пасеке Ряжского лесничества.

В последние годы в подсобных хозяйствах многих промышленных предприятий все чаще появляются пасеки. Овощи и фрукты, мясо и молоко, а теперь еще и мед, полученные в них,— весомый вклад в выполнение Продовольственной программы.

В подсобном хозяйстве Скопинского завода электронасосов также решили завести пчел. Однако сделать это оказалось совсем непросто: нужна земля, подсобные постройки, а главное — хороший пчеловод. Может быть, в текучке повседневных забот директор завода А. И. Гончаров в конце концов и забыл бы про свою задумку, если бы весной прошлого года в подшефном колхозе «Память Ильича» его председатель М. М. Рыгин не завел бы разговора о пчелах. Они быстро сошлись на том, что пасека — дело нужное и для завода, и для колхоза, и что было бы неплохо организовать ее на паях. В заключение Михаил Михайлович добавил:

—    Насчет пасечника не беспокойтесь. Есть у меня на примете человек.

Так прошлым летом в районе начала работать паевая пасека. Колхоз выделил под нее гектар земли, завод приобрел ульи, медогонки, 80 семей пчел. В окрестностях Писарева хозспособом построили зимовник, вырыли водоем.

—    Мед с нее мы делим поровну с колхозом,— говорит Гончаров.— Заводскую часть специально созданная комиссия распределяет по цехам, а в них, в свою очередь,— лучшим рабочим.

Колхозный мед продается передовым колхозникам. И еще одна деталь: и Рыгин, и Гончаров выписали себе журнал «Пчеловодство»: хотят быть в курсе всех пчеловодных дел.

Ну а Семеньков таким поворотом событий и вовсе доволен.

—    Я теперь с настроением работаю, как в молодости,— говорит он.

...Слово за слово льется наша беседа. В основном она вокруг пчел. Рассказывать Николаю Тихоновичу есть что. В пчеловодстве свои беды и свои радости. Например, он с сожалением говорит о том, что некому передать свой опыт. Сейчас ему бы молодого парня в помощники, глядишь, тот бы тоже со временем хорошим пасечником стал.

Задумаемся и мы над проблемой нехватки кадров в пчеловодстве. Для обслуживания 145 пасек, имеющихся в хозяйствах области, по сведениям конторы пчеловодства, не хватает около 30 пчеловодов. В то же время отделение пчеловодства Костинского СПТУ № 29 ежегодно выпускает 50—60 молодых специалистов.

 

Однако большая часть выпускников, прибывшая на учебу по направлению хозяйств из Белоруссии, Молдавии, Башкирии, Краснодарского края, возвращается к себе, а меньшая — пять—семь человек — остается в области. К сожалению, не все они приходят на пасеки. А контроль за их дальнейшей судьбой из-за равнодушного отношения руководителей хозяйств и специалистов сельхозуправления к пчеловодству практически отсутствует.

А НАБАТЧИКОВ

с. Писарево — Скопни — Рязань

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *